Каталог статей.


Эрман Банюльс. 4

—  Художница, — произнесла Марлен своим низким голо­сом с многозначительными модуляциями, секретом которых владела она одна. — И что же... известная?

 

—      Подпольная. В Шанхае она пишет по три “Джоконды” в день в подвале у торговца репродукциями. Увидишь, это пора­зительно. Уже пять лет она работает дни и ночи напролет; она рисует по памяти, и ей даже не нужна фотография. И ко­гда я сравниваю, я не могу отличить ее работу от Леонардо да Винчи.

—     Просто ты смотришь на нее влюбленными глазами,— вздохнул Жан-Клод. Как истинный специалист по кристалли­зации, он сделал из Жюдит икону как раз тогда, когда она вы­черкнула его из своей жизни.

Обернувшись ко мне, Марк добавил, что, поскольку ее детство прошло в деревне, она может разобрать и собрать трактор меньше, чем за двадцать минут.

—     А в сексе, — ввернул Люка вкрадчиво, — у нее такая же производительность?

Марк выдержал паузу, обводя нас взглядом по очереди, после чего заключил с холодноватой сдержанностью:

—     В общем, я подумал, что она понравится по-своему каждо­му из вас. В любом случае, вы — мои самые близкие друзья. И я просил бы вас выбрать между мной и ею. Или бросим жребий.

В недоумении мы переглянулись.

—     О чем ты говоришь, Марк? — спросила Марлен.

W- Нужно по два свидетеля с каждой стороны.

Нас как подбросило. Даже Люка судорожно вцепился в подлокотники инвалидного кресла и, привстав, завопил:

—     Ты что, жениться на ней собрался? Да ты просто изде­ваешься над нами! Сколько ты ее знаешь?

—     С июля, когда готовил сюжет для “Гео” о молодых кита­янках. Им не понравилась ее фотография, чего не скажешь обо мне. Такой девушки я еще не встречал. У меня было дос­таточно времени на размышление, и я понял, что жить без нее не хочу.

—     Ой, сейчас заплачу! — проворчал Жан-Клод.

Когда он уезжал в Иерусалим жениться, то сразу объявил нам категорическим тоном, что не может взять в свидетели гоев. Зато когда он разводился, мы были рядом — свидетели этой нравоучительной истории. И теперь, лишив нас такой чести, он, конечно, сочтет необходимым дать Марку свое со­гласие, хотя сама мысль о том, чтобы присутствовать на бра­косочетании, его угнетала.

—    Неужели ты собираешься создавать семью с женщиной, чья культура абсолютно несовместима с нашей? — воскликнул Люка который в своих статьях был чемпионом по сме­шению всего и вся.