Каталог статей.


Несчастья Лериных родителей и дяди Миши. 15

     - Тебе, девочка, и твоим маме с папой сегодня, уж точно, не позавидуешь! – сказал шофёр. – Ужасно плохи ваши дела! Но, как же это всё случилось у вас?
     И тогда Лера, отвечая на вопрос шофёра, битых полчаса не умолкала, рассказывая шофёру про все свои последние приключения, начиная с того момента, когда она ещё в поезде ехала в Крым. А подробнее рассказала о том, что с ней случилось в этот самый день, заканчивая рассказами о побеге зверей из зоопарка, и о том, как она очутилась внизу, на дороге, ведущей от Южнобережного шоссе до центра Ялты. Лера рассказала почти всё самое главное, что помнила, и то, что уже знают наши читатели. 00


     - Мне тебя очень жаль, девочка! – сочувственно Лере сказал шофёр, выслушав её историю. – Ужас, но я ни чем не могу тебе помочь! А как тебя звать, девочка?
     - Лера, - сказала она. – А вас как, если не секрет?
     - Будем знакомы! – улыбнулся шофёр. – Ага, значит ты – Лера! Ну, что ж, красивое имя, вот, мне оно очень нравится! А, вот ты меня, пока мы тут вместе, можешь величать по имени и отчеству, я Александр Сергеевич, запомнила?
     - Запомнила! – сказала Лера. – Ну, а нам ещё далеко ехать?
     - Уже, вот-вот, и приедем! – сказал Александр Сергеевич. – Вон, вишь, как мы медленно здесь, по дороге, продвигаемся, нам машины, которые спереди тянутся, не позволяют ехать быстрее! Так что, если верить моему зрению, то впереди будет пробка! А знаешь, Лера, что я ещё, между прочим, есть далеко не плохой специалист по астрологии! А сейчас звёзды в небе расположены так, что говорят они нам о том, что в эти дни во всём мире случаются самые невероятные чудеса, и такие маловероятные события, каких никто не ожидает, думая, что будет впереди! Вот, сюда-то может относиться и тот самый побег зверей из зоопарка! Мда, а труба та вентиляционная, ещё, наверно, и не достроена до предела оказалась! Но у тебя, видать, не было никакого другого выхода, чем как лезть в ту грязную вентиляционную трубу! Наверно, какой-то ресторан хотели сделать возле того туалета, а трубу хотели довести, скорее всего, до какого-нибудь резервуара со своим запахом, для того, чтобы туалет так сильно не вонял.
     - Еле-еле я поборола свой страх! – храбро сказала Лера. – А ещё, когда я была на окружной дороге, то я думала, как бы мне по таксофону милицию вызвать! И, что бы я тогда сказала, Александр Сергеевич, если не знаю, где бандиты и где мои мама с папой?
     - Говорить надо, детка, всё, что ты знаешь! – сказал шофёр. – Хотя, мне уже кажется, что поздно уже тебе милицию вызывать! Я тебе одно, всего лишь, сейчас могу посоветовать! Езжай в Васильевку к бабушке Дусе, и извинись перед нею за то, что захотелось тебе покинуть её, самую добрую хозяйку, которая больна и нуждается в чьей-то помощи, и захотелось тебе переселиться отдыхать к грузину в Ливадию! А теперь – живи и дальше с бабушкой Дусей, помогай ей, и не покидай уже её аж до самого окончания крымского отдыха! Я уверен в этом, что, если твои мама с папой будут ещё живы, то они, в первую очередь, ища тебя, зайдут проведать бабушку Дусю!
     - Очень вам буду благодарна за ваш добрый совет! – сказала Лера. – Если смогу, то я так и сделаю!
     Машина, в которой были Лера и шофёр Александр Сергеевич, уже заехала за кинотеатр «Спартак», и, немного не доезжая до собора Александра Невского, остановилась, не сдвигаясь с места, даже ни на сантиметр. Впереди и вокруг была сплошная пробка, а машин на улице так много и так густо было, что даже самим пешеходам было заданием не из простых, чтобы перейти через улицу, пробираясь через узенькие проходы, между прижавшимися одна к другой, машинами. Весь народ что-то кричал, бегая тротуарами в разные стороны. Но Лера не могла разобрать крики людей, так как со всех сторон их приглушало множество сигнализаций машин. Чтобы помочь себе и Лере в такой вот безвыходной ситуации, шофёр пытался со всех своих сил и разума, нарушая немного правила дорожного движения, выехать на тротуар. Однако, и это дело у него никак не получалось, так как мешались обе соседние машины, обступающие его машину спереди и сзади, не давая «Волге» даже и возможности сделать самый крутой угол поворота. И, таким вот образом, просидела Лера в пробке, не менее, чем пятнадцать минут.
     - Всё, Лера, ты уже приехала! – развёл руками опечаленный шофёр. – Видать, там, в центре Ялты, творится сейчас настоящий хаос! Поэтому, машины, наверно, туда, за канатную дорогу, не пускают. Удачи тебе, Лера, и помни, что я тебе сказал!
     - Пока! – сказала Лера, собираясь уже выйти из машины. – Я сейчас постараюсь, как-нибудь, в Васильевку добраться, попрошу прощения у бабушки Дуси, и расскажу ей всё, что со мной случилось! Я очень хорошо туда знаю и не одну дорогу! Но, перед тем я обязательно попытаюсь в милицию дозвониться, и расскажу всё, что случилось с нами в зоопарке! А, если что, Александр Сергеевич, то приезжайте к нам в Васильевку завтра, или, когда вы будете иметь время, ведь, мы же уже теперь знакомы! Если увидите вы там моих живых маму и папу, то и переживать за меня перестанете!

               5
     Попрощавшись с шофёром, Лера открыла потихоньку дверцу машины и вылезла из неё на улицу. На улице Лера снова себя почувствовала одинокой и покинутой! В грудях у неё снова стало пусто! Бедная, несчастная Лера! Она одна, выйдя из машины и очутившись на улице, глядела по сторонам, но даже и не знала, куда и в какую сторону ей идти! На обыкновенной ялтинской улице Кирова, среди шумной толпы и гудящих машин, она почувствовала себя настолько растерянной, словно попала она в какой-нибудь большой американский город, а не в Ялту, судя по самим её впечатлениям! Однако, через несколько минут интуиция Леры подсказала перебраться между машинами, через улицу, на правый тротуар. Так Лера и сделала.
     Наконец, поняла Лера по-настоящему, что такое переживать и бояться за своих близких и родных! А без них Лера чувствует себя, как тот вялый цветок без воды! А где теперь её мама? Где папа? Куда они пропали? Неужели, она их больше не увидит, а они к ней не вернутся?! Неужели, никогда в жизни?! Лерино сердце страшно разрывалось при таких её мыслях, и знала она это прекрасно, что и у её мамы с папой, если они ещё живы, тоже сердце разрывается, точно так же, когда хотят они, больше всего на свете, увидеть свою родную дочку и нежно её обнять! С тяжестью таких горьких мыслей в грудях Лера прогуливалась помаленьку по шумной улице. Ей тогда первый раз в жизни захотелось усердно и неустанно молиться много-много раз, забежать в первую попавшуюся церковь, и, забыв обо всём на свете, бухнуться на колени и горько-горько плакать! Никогда ещё Лера не верила в Истинного Бога, как и её мама с папой, а верила, всего лишь, в своё собственное счастье, по принципам которого сама Лера и жила! Но, горькие мысли и переживания заставили Леру поверить в Бога, ибо сам Бог остался теперь для Леры единственной надеждой!
     Повесив голову вниз, грустная Лера медленными шагами направилась в собор Александра Невского. В унынии и со вздохами души, глядя на собор, она припоминала, что идёт в ту самую церковь, которую неделю назад называли её мама с папой «красавицей-церковью с золотыми куполами». Подойдя к самим вратам собора, Лера перекрестилась по-своему четыре раза, и потом зашла в собор.
     Народу, пришедшего помолиться, было в соборе, не много не мало, а в основном, люди пожилого возраста, старые пенсионеры. Был, так же, и один священник, который ходил за иконостасом, и читал, держа в руках, с вдумчивым видом какую-то книгу. Но, самой Лере, лишь только переступила она порог собора, бросилась на глаза огромная и яркая икона Иисуса Христа, которая была вверху, на самой центральной колонне, которая была, прямо, напротив входных дверей. Упав перед иконой на колени, стала Лера усердно молиться. Помолившись немного, Лера опять перекрестилась, но уже восемь раз, а потом продолжала молиться и дальше. Молясь в упоении, Лера переводила свои взгляды, то на иконостас, то на купола, то на саму икону, которая была перед ней. Даже, самой Лере, когда она глядела на образ Иисуса Христа, почудилось такое, что Его глаза смотрят на неё с великим сочувствием, и с них, одна за другой, скатываются маленькие слезинки! Неподалёку от Леры стояла на коленях некая старая-престарая бабка, которая оказалась единственной персоной во всём соборе, обратившей на Леру, хоть, капельку внимания. Бабка глянула на Леру пристальным взглядом, подсунулась к ней немного на коленях, и спросила её:
     - Ты, дочка, что, впервые в церкви, Боже упаси?!
     - Нет! – сказала Лера и удивлённо глянула на старуху. – Что вы, я и раньше бывала в церкви! А откуда вы такое взяли, что я в церкви никогда не была?
     - Ты, дочка, ведёшь себя тут как-то странно! – сказала дряхлая старушка. – Ведёшь себя не так, как здесь положено! Не шла бы ты сюда в церковь юродствовать – и греха было бы меньше! Ты и креститься, вижу, дочка, даже не умеешь! А креститься, дочка, и трёх раз достаточно, и креститься надо справа налево, а не слева направо. В церкви нельзя паниковать, а говорить надо стараться очень тихо! И каждая особа женской стати, чтобы ты знала, дочка, не может заходить в церковь без юбки и без покрытой головы! А ты тут – как на дискотеке, а не в церкви!
     Услышав такое, неожиданное для неё замечание старушки, Лера удивилась ещё больше, поглядела на других людей, а потом – на свои мини-шортики и на свой оголенный пупок. Потом она перекрестилась три раза, так, как положено, и заблажила:
     - Прости меня, Господи, но я даже и не знала этого, что каждая особа женской стати должна быть в юбке и с покрытой головой! Прости мне грехи, Господи, и будь мне другом, выполни одну-единственную мою просьбу! Сделай так, чтобы меня обняли мои мама и папа, и чтобы были они, как и раньше, живы и здоровы!
     А теперь можно себе представить, как могла бы изумиться эта самая старушка, услышав из уст Леры такие горестные возгласы! Однако, старушка, стоящая рядом с Лерой, и вздохнуть даже не успела, как в то же самое мгновение на улице что-то гнуло, и со всех сторон стали раздаваться до церкви из улицы громкие и прерывистые крики множества людей!
     Паника стала доноситься, гораздо ужаснее, чем на самом обыкновенном митинге! И вот, уже через четверть минуты входные двери в собор упали на пол, громыхнули, и стало твориться в соборе нечто страшное! Оглянувшись назад, Лера вздрогнула, быстро вскочила на ноги и отскочила в сторону.
     Оказалось, что в собор забежал самый настоящий тигр! Увидели тигра и все остальные, находившиеся в церкви. Люди громко закричали и стали убегать из собора, чуть ли, не сбивая с ног, друг друга. Но, дикий зверь не нападал на людей, а, всего лишь, бегал по всему собору, с одного края в другой, и, делая высокие прыжки, задевал своими лапами подставки для свечей, и иконы, висящие на колоннах. Всё-всё падало на пол, рушилось и разбивалось вдребезги! Один только взволнованный священник ни за что не хотел покидать собор, а, всего лишь, бегал под стенами, то сам перекрестится, то перекрестит собор.
     - Именем Господа, сгинь, сгинь, нечистая сила! – громко шептал перепуганный священник, подавая тигру знак левой рукой. – О, Господи, прости меня, грешного!

               6
     Неизвестно, что случилось потом с бедным священником и с разоренной церковью, а вот Лера уже давным-давно перебежала через порог церкви, посередине тесной толпы бегущего из той же церкви народа. Но, были это ещё, далеко, не все ужасы, которые пережили люди, покинувшие церковь! Там, на травке, справа от входящих в собор Александра Невского ступенек, спокойно гуляли двое самых настоящих медведей! Медведица гуляла вокруг кустика, а медведь неподалёку от неё стоял на задних лапах. Но, через несколько секунд медведь кувыркнулся назад, сел на задницу, и положил перед собой задние лапы, а передняя лапа медведя по воле потянулась тщательно чесать место между задними лапами. Лера глянула на медведя, как можно внимательнее, и оказалась в шоке! Это и был тот самый знаменитый медведь по кличке Марсик! Но, долго Лера медведя не рассматривала, так как была сильно перепугана, и хотела, как можно дальше и как можно скорее кинуться бежать с этого места!
     Но Лера, лишь только зашла за калитку на улицу, увидела на тротуаре, под забором, самого настоящего дикого кабана! Смешной со стороны кабан стоял неподвижно и, всего лишь, глядел тупыми глазами в землю. А Лера, не обратив на кабана даже ноль внимания, кинулась бежать по тротуару, куда глаза глядят, задевая множество перепуганных людей на ходу, бегущих по тому же самому тротуару, совершенно, в противоположную сторону. Стала Лера быть, ещё больше растерянной, чем такой, какой она была пятнадцать минут назад! Оказалось, хоть и не верилось Лере, что шофёр, который подвёз её в Ялту, был, действительно, прав! Мало того, что пропали у девочки родители, мало того, что бежала она по улице, полной кричащего народа, звуков от машинных сигнализаций, так ещё ей подвалило, напоследок, и множество зверей в городе, сбежавших из самого зоопарка! Опасные приключения Леры накалялись с каждой секундой!
     Пробегала Лера по улице под весёлыми, летящими в поднебесье, вагончиками ялтинской канатной дороги. И, в то же мгновение, слева из-за кустов выбежал на улицу грозный тигр, крутя своей озлобленной мордой во все стороны, не зная даже, куда ему дальше бежать и на кого ему нападать. Но, заметив дикого кабана, тигр тут же вспомнил о своей добыче, и, резко обернувшись направо, сделал гигантский прыжок. Кабан сразу же бросился наутёк, да и люди тоже сбежали, как ошпаренные, с тротуара, кто спрятался в подъездах ближайшего дома, кто – в чужих машинах, стоящих на краю дороги, а кто был сильным, тот и на деревья залез! Но тигр не обращал на людей никакого внимания, так как была у него единственная цель – поймать кабана. А кабан бежал впереди, потом он развернулся вокруг дерева, и побежал назад. Тигр – за ним. Кабан прыгнул и поскакал по крышам и багажникам, стоявших на дороге, машин. Тигр – за ним. Потом кабан побежал в сквер имени Некрасова. И снова тигр – за ним. Спрыгивая с последней машины, тигр разбил в ней задней лапой переднее лобовое стекло. Через полминуты из машины выскочил, не старый и не молодой, обыкновенный дяденька, и закричал так громко, как только он и мог закричать:
     - Послушайте, граждане, нам надо прекратить это хамство! Ещё сколько оно тут может продолжаться?! А тут во всём виновата морда, чтобы вы все знали, самого начальника зоопарка, который себе позволил не проследить за своими зверями! Нигде больше я не знал такого хамства! Если начальник зоопарка не заплатит мне за разбитое лобовое стекло и испорченную мою машину, то я на него в суд подам!
     И, сразу же, со всех сторон раздались одобрительные крики людей: «Браво!», «Так ему и надо!», или же: «Начальника зоопарка – на мыло!». Лера была, просто, поражена такими резкими изменениями событий! Она была единственным человеком во всей центральной части Ялты, который знал, и был уверен в этом, что начальник зоопарка здесь, вовсе, не виноват! Было ей очень больно на душе, и жаль начальника, однако, ничем помочь она ему не могла!
     «Это же такой хороший человек! – подумала Лера. – И ему, ни с того ни с сего, вдруг, в ловушку попадать! Эх, знала бы я, только, где сейчас начальник зоопарка – приехала бы к нему, и сказала бы ему, что у него профессия очень опасная, и я бы ему посоветовала никогда больше не быть начальником зоопарка! Ведь, это же такой замечательный человек, и мне его так жаль!»
     Дальше Лера подалась бежать по улице, ещё быстрее. С деревьев сквера на тротуар, одна за другой, прыгали весёлые и бодрые макаки, которых можно было насчитать не менее нескольких десятков. Потом поскакало, прямо, прямо, сверху, по машинам, живое, настоящее кенгуру, которое выпрыгнуло из-за угла улицы Садовой. По улице Карда Маркса, почти, незаметно пролетел гепард, делая, один за другим, гигантские прыжки. Лера заметила, что гепард, подскакивая, разбил одной лапой витрину одного газетного киоска, где была некая сонная продавщица пожилого возраста. После того, как витрина киоска разбилась в дребезги и разлетелась на малейшие кусочки, продавщица проснулась, открыла глаза, потянулась руками в разные стороны, зевнула, высунула голову из киоска и поглядела направо.
     - Так, что это ещё за хулиганы тут появились?! – крикнула она. – Кто разбил мою витрину?! Я сейчас, как врежу кому-то этой шваброй!
     Но, Лера была озабочена только собой. Так что, до других ей дела не было, совершенно, никакого. Лера продолжала бежать дальше. Но, возле тринадцатого номера дома на улице Карла Маркса она остановилась и обомлела от ещё большего удивления! Из балкона на дерево перелезала в домашнем халате совершеннолетняя женщина пятидесяти-шестидесяти лет! Когда уже женщина уселась на сук, вверху огромного высокого дуба, на том же балконе Лера увидела огромную рожу настоящего гривастого льва, выбежавшего на балкон из квартиры тётки. Выбежав на балкон, лев, всего лишь, зарычал, и показал всем свою огромную пасть.
     - Этого не может быть! – дрожа на дереве, кричала тётка. – А-а-а! Помогите! А-а-а! Мне страшно, я боюсь! А-а-а! В моей квартире лев! Ну, сделайте же вы, кто может, что-нибудь! Ну, ведь этого же и быть даже не может! А-а-а!
     - Подождите минутку, тётя! – крикнула внизу под дубом Лера. – Сейчас я вам как-нибудь постараюсь помочь! Вы, только, будьте добры, не паникуйте!
     - Только, скорее, дитя моё! – продолжала кричать ужасно перепуганная женщина. – Ой, какой бред я несу! Скорее же, девочка, помогай мне, как можешь! Не то, больше я здесь не выдержу!
     Но, тут Лера сразу же пожалела, так как поняла, что сболтнула лишнее! Она знала, что вряд ли по силам смогла бы она выполнить такое своё обещание! Лера целую минуту стояла, молча, размышляя над тем, что ей делать дальше. Но она, даже и додуматься, ни до чего дальнейшего не успела, как из маленького тесного переулка выбежал жираф, а следом за ним – огромный африканский слон плёлся медленной походкой, переворачивая и топча огромными лапами мусорники, а огромной головой задевая верёвки, на которых сушилось бельё. Потом слон, выйдя из ближайшего переулка на улицу Карла Маркса, стал топтать машины и обрывать головой троллейбусные провода, аж, чуть ли, током по голове не получил! Лера испугалась, закричала и, даже не думая, кинулась бежать в тот самый переулок, откуда и явились слон да жираф.

               7
     Лера, блуждая по узеньким и незнакомым улочкам, уже теряла свою последнюю надежду на спасение из тяжёлой ситуации. Ничего хорошего она уже не знала, обсматривая грязные, неухоженные улицы. Шла она, и завернула налево, потом ещё немного прошлась, и завернула на улочку направо, потом ступила пару шагов – и снова налево.
     Таким вот образом, она шла и забрела, на какую-то недостроенную и заброшенную стройку двухэтажных и трёхэтажных домиков, над которой сверху в воздухе пролетали вагончики ялтинской канатной дороги. Вся стройка выглядела, на первый взгляд, полуразрушенной. Вместо окон, на стенах были сплошные квадратно-прямоугольные дыры. А стены в некоторых местах были залеплены краской, и в некоторых местах, просто, виднелись красные кирпичи, а кое-где недостроенные до предела стены и потолки, действительно, выглядели разрушенными. А Лера продолжала идти дальше. На стройке со всех сторон завеяло страшным отвращением и чувством какой-то опасности.
     И, вдруг, Лера где-то неподалёку, за стеной справа, услышала чьи-то возгласы и громкие посвистывания. Лера прошлась по первому этажу недостроенного здания прямо, потом повернула направо и, переступив через порог, попала в маленькую комнатку, типа недостроенной лестничной клетки. И потом, спустившись по ступенькам этажом ниже, она заглянула, спрятавшись за стену, в какую-то тёмную, грязную комнату, в которой не было, абсолютно, ничего, чем как кроме стен, потолка и пола. Из грязной тёмной комнаты резко воняло дерьмом.
     И что же там Лера увидела? В углу комнаты, справа от неё, было пятеро человек, которых Лера узнала с самого первого взгляда. А это и были те самые бандиты, по именам Витька, Димка, Костя и Васька, а в углу самом стоял тот самый Антон Шапкин, которого Лера теперь ненавидела пуще всего на свете. Даже, ещё больше, чем всех взятых четырёх бандитов, стоящих возле него! Все четверо товарищей издевались над Антоном, как над собакой! Витька, замахиваясь ногой, чем повыше, угощал Антона пинками, куда попало: и в ноги, и в живот, и в само переднее место! Димка, схватившись обеими руками Антону за голову, безжалостно бил его головой об стену. А Костя и Васька стояли в сторонке и хохотали во всё горло, указывая пальцами на Антона, на Витьку и на Димку.
     - Почему ты не делишься с братвой своей, мерзкий выродок?! – кричал Витька. – Брат с братвой, чтобы ты знал, всегда должен делиться, а кто не делится, тот лох и петух! Отвечай же, лось, и не нервируй нас, пока не поздно, где те бабки, которые ты вчера украл на базаре у одной продавщицы?! Где те бабки и украшения, которые вы с дядькой Шота отобрали сегодня у тётки в зоопарке?!
     - Простите, но я понятия не имею! – оправдывался Антон. – Я и сам не знаю, где бабло, чего вы от меня хотите?! Ну, понимаете, просто, дал я дяде Шота бабло, и он его взял себе!
     - Ты врёшь, извращенец! – сказал Димка. – Друг моего папаши не говорил мне, что ты ему что-то давал!
     - Так что, отвечай быстро, - грозно приказал Витька, - покуда ни я, ни твой родной брат, ни вся братва твоя в порошок тебя ещё не стёрли! Почему же это ты в последнее время стал неверен братве своей, а?! С каких это пор ты всё себе от нас прячешь, а?!
     - Я хочу подарить! – подумав немного, медленно промолвил печальным голосом Антон.
     - Подарить?! – удивился Витька. – То, отвечай же, что и кому ты хочешь дарить?!
     - Просто, понимаете, - замялся Антон, - ну, я всё время, просто-напросто, всё думаю да думаю об одном и том же, что никак не может вылететь из моей головы, как бы я этого не хотел!
     - То, о чём же ты думаешь, негодяй?! – зашипел Димка.
     - Эти приятные мысли засели в мою голову ещё тогда, - медленно промолвил Антон, - когда мы были в ночном клубе Львова! Я не знаю, что со мной творится, но я постоянно думаю о такой прекрасной, прелестной и милой девочке, как Лера Чайкина!
     Слыша такие печально сказанные слова из уст Антона, Васька и Костя захохотали ещё громче, указывая пальцами на Антона.
     - Ты так всё и думаешь о той нюне неотёсанной?! – прыснул со смеху Васька. – Нашёл, о ком думать!
     - Идиот! – крикнул Витька. – Какому идиоту надо быть, чтобы думать всё время о той придурковатой Лере! Так, это вот кому ты подарил наш ремешок и все украшения Димкиного папаши! Обманщик! Долго ты ли нам будешь пудрить ею мозги?! То, на кой чёрт ты вчера на пляже лазил в её сумку, чтобы снова у нас отобрать, и руки на меня поднимать для того, чтобы показать той нюне придурковатой, какой ты герой! А я тебя порадую прекрасно новостью, что невеста твоя вчера уже узнала, какой ты герой! Тебе, оказывается, невеста важнее, чем поделиться с братвой своей!
     Для того, чтобы напугать Антона ещё больше и придать ему боли, Витька угостил его, вдобавок, ещё двумя пинками. Но, как только он, приподнимая ногу, готовился сделать третий пинок, до беспамятства запуганный Антон подал дрожащими руками знак Витьке успокоиться, и сказал такое:
     - Друзья, хватит кипишевать! Вы меня не так поняли! Да, где там Лера мне невеста! Плевать бы я хотел, как и вы, на ту глупую голую шалаву и на тут нюню неотёсанную! Это я, просто, так насмехаюсь с такой дурры, как она! А она думает, что я панькаться за ней буду, как за дитём малым! А я её, дурру, просто обокрасть задумал, чтобы с вами поделиться!
     - Что-то, странно ты делишься с нами! – сказал Димка. – Ты не умеешь делиться с нами! Но, ничего, атаман тебя научит! Ты только сейчас так говоришь!
     - А ты подумай, Димка, логично, - сказал Антон, - прав ты или нет, что ты говоришь! Ведь, если бы не я, то никто бы из нас не знал, где спрятан тот драгоценный ремешок, который зарыл твой папаша! Если бы не я, не было бы у нас и тех, украденных моим крёстным, из музея цепочек, браслетов и колечек! И я вам клянусь, что при самой первой моей возможности я обязательно выполню свою должность и отберу всё у неё!

               8
     Лера, спрятавшаяся за стеной, залилась страшным гневом на Антона, лишь только услышала своими собственными ушами, что он о ней самой только что сказал. Вспоминая своих маму с папой, Лера прямо сразу же захотела отомстить Антону за всё новое, что она о нём узнала! И, гнев Леры был настолько страшным, что она даже не удержалась от своего желания для того, чтобы успокоить свою душу, хотя бы, от одной своей навящевой идеи, даже и не боясь того, что она сама попадётся на крючок! Ведь, самое главное – дело сделать! В мыслях Леры пролетала прекрасная пословица о том, что сабля ранит тело, а слово – душу. Не удержавшись, Лера переступила через порог в тёмную да грязную комнату, и злобным взглядом поглядела Антону, прямо в глаза, который был единственным в той комнате человеком, повёрнутым к ней лицом. Лера, указывая пальцем на Антона, смеялась с него, глядя, как его бьют и пинают его четверо товарищей.
     - Предатель! – сердито прошипела Лера. – Изменщик! Негодяй! Подлец! Так тебе и надо! Я больше тебя не люблю! Я про тебя вчера всё узнала, кто ты такой, а сегодня в этом я ещё больше убедилась! Я слышала прекрасно, что ты обо мне только что сказал! Я тебя сегодня видела в зоопарке, вместе с твоим грузином Шота в татарском халате! А дядя Миша нам про тебя вчера всё рассказал, какой ты гадкий воришка, и то, что ты родной брат Димки! И это всё неправда, что ты меня ценишь дороже всего на свете, и аж так сильно любишь меня! Я не верю тебе, извращенец! И ты, далеко, не обо мне думаешь постоянно, а думаешь, лишь бы, о том, как надо мной поиздеваться, понасмехаться и обокрасть меня! А вы, все остальные, молодцы, что бьёте его, вмажьте ему ещё сильнее! Он, вполне, этого заслуживает!
     При первом же взгляде на, появившуюся в комнате, Леру, глаза Антона аж засияли от радости! В его грудях от ещё большего испуга сердце забилось ещё чаще! Голова у него закружилась ещё больше! Антон, забыв обо всём на свете, и даже то, где и с кем он находится, не мог оторвать от Леры очей!
     - Солнышко моё! – заблажил Антон. – Киса! Розочка! Прелесть моя! Наконец-то я тебя вижу, нежная моя Супердевочка! Как ты здесь оказалась, Лера? Слышишь, солнце, подойди ко мне ближе, я тебя поцелую!
     - Я не буду целоваться с таким идиотом, какой с меня насмехается! – крикнула Лера. – Ты теперь мой враг, а не жених и не друг!
     - Что ты, кисонька?! – испугался Антон. – Это когда я говорил такое, что я с тебя насмехаюсь, прелесть моя?! Пойми же, солнце, это тебе только так показалось! А люблю я тебя больше всего на свете! Пойми, киса, я так не хотел!
     - Что такое?! – поглядел Васька рассеянным взглядом на Костю. – Что с нашим Сосиской?!
     - Он бредит! – шепнул Костя Ваське на ухо. – Ты, Вась, только глянь на него! Наверно, это мы сами довели нашего Антона до такого состояния!
     - Вам «что да что», дуботолки! – потормошил Витька за плечи троих своих товарищей. – Вы, только, гляньте, кто там стоит!
     - Так, за дело, братва! – увидев Леру, справа от себя стоящую, сказал Костя. – Это нам, кстати, даже, вполне, прекрасно, что эта глупая невеста свалилась к нам на голову! Ну, уж теперь она от нас точно никуда не убежит!
     - Да, странно, вот, только, - сказал удивлённый Васька, - как это могла она здесь оказаться!
     - Послушайте, братва! – сказал Димка. – Нам с Сосиски уже ни чего можно не требовать! Мы сами сейчас же прекрасно справимся с его заданием! Мы сами отберём у той дуры, и ремень, и сдерём с неё все её украшения!
     - Так, за дело, братва, прямо в сию же секунду! – крикнул Витька.
     - Помогите! – крикнула в ужасе перепуганная Лера и кинулась бежать к дверному проходу.
     Однако, Витька сразу же преградил Лере дорогу. Кинулась тогда она бежать в противоположный угол. А все пятеро бандитов, как бешеные, побежали за ней. В углу Витька догнал Леру, схватил её сзади за волосы, и всей силой повалил её на пол.
     - Тебе никто здесь уже не поможет, нюня малолетняя! – прорычал Витька. – Тут, кроме нас, никого, ведь, нету!
     Витька быстро расстегнул пряжку белого ремешка на Лере, потом выдрал из пряжки кончик ремешка и, силой дёрнув за пряжку вверх, выдрал весь ремешок из петелек Лериных мини-шортиков. Теперь красивый белый ремешок с драгоценными камнями и с пряжкой с изображением латинской буквы «зет» снова оказался в руках у Витьки. Димка тем временем лазил одной рукой в кармашки Лериных шортиков, а другой снял с края шортиков красивую цепочку. Костя, держась одной рукой за голову Леры, другой срывал с её шеи золотой амулет. А Васька, сев задницей Лере на ножки, пытался всей силой удержать её руки, прижимая их к полу.
     - Какие красивые вещички! – в восторге сказал Васька. – Просто – невидаль! Как появились, так и пропали! Аж, не верится! Были – твои, а стали – наши! Зато, теперь нас атаман похвалит за нашу работку, а мы – забагатеем!
     - Да, штучки, действительно, ничего! – сказал Костя. – Да, только вот, проблем и мороки нам с ними было много! Хорошо девочке, что она, хоть, без серёжек! А то бы оторвали бы мы их, вместе с ушами! Вещь недешёвая!
     - А я никогда не хотела себе серёжек! – сказала Лера. – Ушки больно прокалывать! Да, и зачем мне серёжки, когда я, итак, довольно красива!
     - Вот, и молодчинка! – сказал Костя. – Правильно ты делаешь!
     - Мы ещё не всё забрали себе, братва! – сказал Димка. – У неё, зато, ещё должен быть где-нибудь перстень! Так, его я ни на каком пальце у неё не вижу, и в карманы лазил – не нашёл! У Леры нет перстня!
     - Так, где перстень? – строго глянул Витька Лере в глаза и с великой ненавистью.
     - Я его кинула в море! – сказала Лера.
     - Врёшь! – крикнул Витька. – Правду говори, где перстень?
     - Поверьте мне! – взмолилась Лера. – Я клянусь, что теперь нет уже у меня перстня! Я, действительно, его кинула в море!
     - Не может этого быть! – твёрдо сказал Витька. – Я никогда не поверю, что такими дорогими вещами можно в море забрасываться!
     - Я тоже так думаю, - подхватил Димка, - что она этот перстень куда-то спрятала и нам не показывает!
     - Так, ты будешь говорить, где колечко, или нет! – пригрозился Витька. – Раздеру, как жабу, если не скажешь! Или же, мы сами придём к тебе домой, и поищем колечко у тебя дома! Нам прекрасно известно, где ты здесь живёшь!
     Витька схватил одной рукой Леру за волосы, да так сильно, что, чуть ли, не выдрал их с её головы. От такого ужаса Лера аж залилась первыми слезами:
     - Хватит! Будьте добры, и оставьте меня, пожалуйста, в покое! Пожалейте меня! Что я вам сделала такого плохого?! Я же вам всё дала: и ремешок, и цепочки, а где колечко, я, действительно, не знаю! Ну, пожалуйста, отпустите меня! Чего вам от меня ещё надо?!
     А глаза Антона, стоявшего сбоку, тем временем залились не меньшей злостью, чем та злость, которая таилась внутри самой Леры.
     - А ну, оставьте её в покое! – крикнул Антон, и, зацепив Витьку руками сзади за ворот рубахи, отшвырнул его от Леры с такой силой, что бедный Витька проехался на спине, чуть ли, не до самой противоположной стены. – Как вам не стыдно передо мной обижать такую бедную девочку?! Все вы – бычарня хренова! У вас и жалости нет до неё никакой! Ну, что она вам сделала такого плохого?!
     - Ах, Сосиска, ты ещё и драться с нами вздумал?! – резко вскочил на ноги Димка. – Ты опять за невесту свою заступаешься?! А ты же клялся нам, только что, насмехаться будешь с неё, а не любить!
     - Ничего, гадёныш, я тебя проучу! – опомнившись, встал на ноги Витька. – Сколько ты уже живёшь со мной, козёл, а знать меня до сих пор не знаешь!
     Костя и Васька тоже встали на ноги. К ним тут же подбежали и Витька с Димкой. Антон отбежал, как угорелый, от всех четырёх в противоположный угол комнаты. Димка, Витька, Васька и Костя побежали за ним, глядя на Антона с озлобленным взглядом. Добежав до Антона, все четверо догнали его в углу, повалили на пол, и стали его со всех сторон избивать, кто пинками, а кто кулаками. Однако, теперь уже Антон не возникал ни единым словом, а просто лежал на полу, и терпел, делая вид, что ему ни на сколечко не больно.