Каталог статей.


Там, где поют соловьи. 2

По словам Евгения Львовича, на Михаи­ла было страшно смотреть, но Войскунский не растерялся, схватил его за руку и силой вытащил из каюты. (Эта история напоминает сцену из пьесы «Дни Турбиных» М. Булгако­ва, хотя она вряд ли была им знакомой по предвоенным театральным постановкам.)

Подробнее: Там, где поют соловьи. 2

Там, где поют соловьи.

Есть в моей жизни человек, который живет уже почти сто лет. Человек из другого време­ни, из другого века. Моя мама называла его легендарной личностью, и это правда. Человек этот - писатель Евгений Львович Войскунский. Он как будто соединяет меня с тем прошлым, в котором жили мои предки.

Подробнее: Там, где поют соловьи.

Неуемная натура.

На самом деле, конечно, ничего случайного в жизни Владлена Бирюкова не было. Была адская работа, были выматывающие перелеты и переезды — совмещать кино и театр не так просто, были сомнения. Случалось, роли никак не шли и приходилось долго биться, пока что-то не начинало получаться.

Подробнее: Неуемная натура.

ПОДВИГ.

Рассказ.

Артем выводит буквы старательно, медленно, черточку за черточкой.

Перед ним образец — прописи, еще оставшиеся с первого класса, и он смотрит в них, чтобы его буквы были хоть чуть-чуть похожи на те, что там. Но они не похожи. Кособокие, мелкие, одна буква залезла на другую, вместо «и» — сплошные палочки. Он зачеркивает все слово, злится, зачеркивает сильнее, нажимает на ручку так, что рвется лист. Вырывает лист, мнет его в белый, с синими полосками, комок и начинает писать заново.

Подробнее: ПОДВИГ.

Закономерные случайности Владлена Бирюкова.

Бирюков любил повторять, что в его жизни многое происходило случайно. Он и в актерскую профессию попал на спор, о чем позже рассказывал так:

Однажды с другом мы приехали в Новосибирск. А там огромная такая афиша у оперного: «Школа-студия МХАТ объявляет прием абитуриентов для целинных театров». Друг мне и говорит: слабо тебе поступить. Поспорили на велосипед. На вступительных читаю отрывок из Теркина, прохожу на второй тур, на третий… Народу было — кошмарное дело! Осталось нас после третьего тура — восемь человек. Собирают нас, и профессор заявляет: «Это мы совершили большую ошибку».

Подробнее: Закономерные случайности Владлена Бирюкова.