Каталог статей.


То, что нельзя забыть. 3

В страхе потерять эту единственную надежду на спасение, перебираю паль­цами листик за листиком, как драгоценные четки. Вот уже они касаются моего лица. Запах свежей зелени животворно растекается по всему телу. Почувство­вав упругость ветки, я с превеликой осторожностью подтягиваюсь вверх. Я чув­ствую легкое веяние свежего ветерка. Еще одно усилие! Локоть левой руки уже на поверхности земли. Судорожный рывок и...

Подробнее: То, что нельзя забыть. 3

То, что нельзя забыть. 2

Отступление

Перенеся страшную операцию, пережив невероятный психологический шок, Евтушенко появился, и это уже грандиозно, в Париже в большом зале ЮНЕСКО. Его вела к кафедре под руку его жена Маша. Я увидел изможденное, усталое, изрезанное вдоль и поперек глубокими «шрамами» страданий, страс­тей, переживаний лицо, напомнившее разом лик России.

Подробнее: То, что нельзя забыть. 2

Там, где поют соловьи. 4

И вывел в своей тетради первую строчку: «О мертвых мы поговорим потом...»

Получается интересная вещь: автор «по­лучил заказ» сразу с нескольких сторон. От погибших друзей - память о них требовала высказаться. От живых друзей, которые на­поминали ему о силе жизни, противостоя­щей смерти и войне. От комиссара, устами которого говорила страна миллионами рус­ских людей. Этот «заказ» шел и из сердца мо­лодого поэта. Его душе, той самой, «широкой русской душе нараспашку», нужно было вы­говориться, и сделала она это через стихот­ворение.

Подробнее: Там, где поют соловьи. 4

То, что нельзя забыть.

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ И ПОСЛЕДНЯЯ

Пора вам знать: я тоже современник.

Попробуйте меня от века оторвать.

Осип Мандельштам

«Земную жизнь пройдя до половины», ранним майским утром 1981 года, сделав шаг с последней ступеньки поезда Вена — Париж, я ступил на землю сво­ей заветной мечты. Я не издал ликующего возгласа победы. Напротив, острое чувство тревоги и пустоты пронзило меня.

Подробнее: То, что нельзя забыть.

Там, где поют соловьи. 3

Именно таких солдат с зачерствевшими душами изображал в своих произведениях и Ремарк. Но он же показывал и возрожде­ние к мирной жизни пришедших с войны солдат. У нас в «Соловьях» мира еще нет, только война.

Подробнее: Там, где поют соловьи. 3