Каталог статей.


новый век. 56

Кевин видит призраков, его отец, Гарви-старший (Скотт Гленн), пола­гает, что способен предотвратить светопреставление, собрав все до единой ритуальные песни австралийских аборигенов; странноватый Дин (Майкл Га­стон), теневая сторона Кевина, методично отстреливает собак, потерявших своих хозяев, утверждая, что они начинают принимать человеческий облик и захватывают власть в стране.

рекомендуем техцентр 

Помешательством попахивает и от маниакаль­ной веры Мэтта в то, что законы природы приостановили свое действие в Миракле и здесь возможны любые сверхъестественные события. Насколько сильно пошатнулась его психика, становится ясно, когда он встречает Дэ­вида Бёртона (Билл Камп), называющего себя Богом, и страстно обращает к нему все свои накопившиеся претензии к отсутствующему и безмолвному Всевышнему. Под категорию сумасшествия вполне подпадают и безжалост­ная тактика «повинных», стремящихся любой ценой уничтожить существую­щий порядок вещей. Даже рационализм Норы в какой-то момент оказыва­ется сломлен, и она обреченно соглашается отправиться туда, где пребывают ее исчезнувшие дети.

Кевин действительно побывал в загроб­ном мире или Нора на самом деле навестила то ответвление реальности, где оказались пропавшие. Эти и подобные им видения можно при желании объяс­нить вполне материальными причинами. Например, тем, что Верджил (Стивен Уильямс) дал Кевину не смертельный яд, а сильный галлюциноген, который и увлек его в причудливое странствие по волнам бессознательного. (Восьмой эпизод второго сезона «Международный убийца», рассказывающий об этом своеобразном путешествии в царство мертвых, эффектно и иронично постав­лен Крейгом Зобелом, одним из режиссеров «Американских богов»). Нора так­же могла оказаться под воздействием каких-то подхлестывающих воображение медикаментов, что и позволило ей ярко визуализировать свои отчаянные, не покидающие ее несмотря на всю ее рассудочность надежды, что ее близкие вместе со всеми ушедшими были восхищены высшими силами из земного ада в прекрасный иной мир, где они пребывают в счастье и радости, — ведь она с самого начала была в этом настолько сильно убеждена, что эта ее уверенность даже передавалась ее анкетируемым.