Каталог статей.


За пределами мира. 5

Глава VI. Старец рассказывает Уолтеру свою историю; Уолтер видит расщелину в утесах

Но когда все наелись и напились, капитан с моряками отпра­вились пополнять запасы питьевой воды, а остальные разбре­лись кто куда по лугу, и потому остался Уолтер наедине со старцем, и заговорил он с ним, и молвил:

 Мнится мне, отец, будто странную историю мог бы ты по­ведать, а все ж не спрашивали мы тебя ни о чем, кроме пищи для наших животов; коль теперь я спрошу о жизни твоей и о том, как пришел ты сюда и как поселился здесь, расскажешь ли мне?

рекомендуем сервисный центр 

Улыбнулся ему старый муж и ответствовал:

 Сынок, длинна моя история, и память моя уже не та, что прежде, и есть скорбь в ней, которую не желал бы тревожить, но все же, коли хочешь ты знать, отвечу я, как смогу, и скажу одну лишь правду.

Спросил Уолтер:

 Давно ль ты уж здесь?

 О да, — отвечал старец, — с самой юности, когда был я доблестным рыцарем.

Спросил Уолтер:

 

 А сей дом, ты ли построил его, и засеял пашню, и наса­дил плодовые деревья да лозу, и собрал коров да овец, или кто-то другой — для тебя?

Отвечал муж:

 Не моих рук это дело, жил здесь одии до меня, и я унас­ледовал за ним сие хозяйство, словно благородное поместье с замком и полными складами припасов.

Спросил Уолтер:

 Застал ли ты своего предшественника в живых, когда появился здесь?

 Да, — отвечал старец, — но недолго он прожил, с тех пор как пришел я сюда, — помолчал он немного, а затем вымолвил. И Убил я его, он меня вынудил, хоть и желал я ему лучшей доли.

Спросил Уолтер:

—По своей ли воле пришел ты?

 Может статься, — отвечал муж. — Кто знает? Нет у меня больше воли делать то или иное. Живу лишь по обыкновению.

Спросил Уолтер:

 Скажи, за что убил ты того человека? Навредил ли он те­бе чем?

Отвечал старец:

 Когда убивал его, верил, будто Наносит он мне тяжкий вред, однако сейчас знаю, что был неправ. Так это вышло: ну­жда мне была попасть в одно место, где он побывал меня пре­жде, а он стоял на пути, и я поверг его, и пошел дальше.

 И что случилось потом? — спросил Уолтер.

 Худое случилось, — отвечал муж.

Тогда Уолтер погрузился в молчание, и старец тоже ниче­го не говорил, только показалась на его губах улыбка, одно­временно хитрая и печальная. Уолтер посмотрел на него и промолвил:

 Отсюда ль ты начал свой путь?

Литературный плдДобрш старая Англия

 Да, — отвечал старец.

Спросил Уолтер:

 Не поведаешь ли мне, какова из себя та дорога, откуда начи­нается и куда ведет, по которой идти тебе столь сильная нужда была, хоть и первым шагом своим преступил ты чрез мертвого?

 Не скажу то тебе, — отвечал муж.

Затем они оба умолкли, а потом перешли к разговору о ве­щах незначительных.

И так тянулся день, покуда не наступила ночь, которую провели они в мирном сне, а наутро, после трапезы, решило большинство из них отправиться со старцем на охоту, и тогда пошли они, все вместе, к зарослям терновника и орешника, среди которых то тут, то там вставали дубы да клены, у подно

жия утесов в трех часах ходьбы от дома, где, по словам стар­ца, водилось больше всего оленей с нежнейшим мясом.

Об охоте той нет нужды рассказывать, кроме того, что ста­рый муж, после того как показал охотникам олений след и рас­сказал, что делать, повернул обратно вместе с Уолтером, у кото­рого душа сейчас лежала не к ловле зверя, а к тому, чтобы побеседовать еще с тем старцем. Тот, в свою очередь, казался склонен к беседе и повел Уолтера на взгорок посреди равнины, откуда видны были все окрестности, кроме участков, покрытых лесом, но не было лесов между взгорком, где они легли на тра­ву, и утесами, один лишь низкий кустарник, и Уолтер замел ил, что повсюду, кроме того места, что было прямо перед их глаза­ми, утесы казались почти или совсем отвесными, или даже на­висали над равниной, а в упомянутом месте они как будто про­сели и расступились, и оттуда спускался к равнине пологий каменистый склон. Так долго и пристально смотрел туда Уол­тер, погрузившись в молчание, что старец воскликнул:

—                   Да ты, сдается, нашел нечто, завладевшее твоим внима­нием. Что там такое?

Откликнулся Уолтер:

—                   Может показаться, что там, где утесы ниже и спускают­ся полого, находится проход на ту сторону.

Улыбнувшись, молвил муж:

—                   Верно тебе кажется, сынок, ибо там лежит перевал в страну медведей, откуда те люди-исполины приходят торго­вать со мной.

—                   Ясно, — ответствовал Уолтер, и вслед за тем, повернув­шись, стал исследовать каменную стену и заметил, что за не­сколько миль от перевала она круто поворачивает к морю, су­жая равнину, и образует излучину, смотревшую почти на север, а не на запад, как остальные утесы. И там, посреди сей на север глядевшей излучины, было темное пятно, которое Уолтер счел расщелиной. Ибо в целом стена была серой и го­лой, и мало на ней было складок.

И тогда молвил Уолтер:

—                   Гляди, старый друг, вон там снова место, похожее на проход; куда ведет он?

И он указал в ту сторону, однако старец, вместо того что­бы проследить за его указующим перстом, опустил взор долу и отвечал смущенно:

—                Может статься, и проход, о том не ведаю. Думается мне, он тоже ведет в страну медведей, но кружным путем. В даль­ние края ведет он.

Ничего не сказал на то Уолтер, ибо чуднйя закралась ему в голову мысль, будто старец знает гораздо больше, чем готов


поведать, о той расщелине, и будто ему, Уолтеру, самому нуж­но пройти по ней, дабы найти загадочную троицу. Дыхание его участилось, и сердце заколотилось о ребра, но он хранил молчание, а когда наконец заговорил, голос его был столь сдавлен, что он едва узнал его:

—                    Заклинаю тебя Господом Богом и всеми святыми, ска­жи, отец, в той ли расщелине лежит дорога, по которой пер­вым шагом своим должен был ты преступить чрез мертвого?

Поначалу старец безмолвствовал, а потом поднял голову, посмотрел прямо в глаза Уолтеру и отвечал ровным голосом:

—                    Нет, не в той.

И после того сидели они, глядя друг на друга, пока Уолтер не отворотил взгляд свой, но больше не ведал он, ни что пе­ред ним, ни где он, но пребывал, словно в забытьи. Ибо знал он точно: лжет ему старый муж и мог бы ответить “да” вместо “нет” и сказать, что сие есть та самая расщелина, где он пре­ступил чрез мертвого. Тем не менее Уолтер взял себя в руки и сделал вид, сколь было ему по силам, что верит, и заговорил об иных вещах, не касающихся тайн сей земли. Но какое-то время спустя молвил он вдруг:

—                    Господин мой, есть у меня одна дума.

—                    Да, и какая же? — спросил муж.

—                    А вот какая, — отвечал Уолтер. — Полна сия земля чудных приключений, и ежели мы, и я в особенности, повернемся к ним спиной и поплывем на родину, жалеть о том мы будем все отпу­щенные нам дни, ибо жизнь там сера и нет в ней места подвигу. Думаю я, пошло бы нам на пользу пуститься в приключение.

—                    О каком приключении молвишь ты? — вопросил старец, приподнявшись на локте и смерив его строгим взором.

Отвечал Уолтер:

—                    Отправиться через тот перевал на восток, в страну мед­ведей, откуда приходят к тебе сии люди-исполины.

Обратно лег муж, и улыбнулся, и молвил, покачав голо­вой:

—                    Известно, что выйдет из такого приключения: смертью закончится оно, сынок.

—                    И почему же? — спросил Уолтер.

—                Схватят тебя медведи и принесут в жертву той женщи­не, своему идолищу. А ежели вы все отправитесь, то так по­ступят они со всеми вами.

Спросил Уолтер:

—                Уверен ли ты?

—                Бесконечно уверен, — отвечал муж.

—                Откуда ведаешь? — спросил Уолтер.

—                Был я там и сам, — отвечал муж.

—                    Да, но вернулся оттуда целым и невредимым, — молвил Уолтер.

—                    А в том ты уверен? — спросил муж.

—                    Ты до сих пор жив, старче, — отвечал Уолтер. — Ибо ви­дел я, как поглощаешь ты пищу, что призраки делать несклон­ны, — и он засмеялся.

Однако промолвил старец серьезно:

—                    Коли выжил я, то потому лишь, что спасла меня иная женщина, а такое нечасто случается. И не остался я невре­дим, хоть тело мое воистину спасено. Но что с душой моей? Что с моим сердцем и что с моей жизнью? Так тебе советую, юноша, не пускайся в сие приключение, но ступай домой к своим родичам, коли можешь. Тем более отправишься ли ты в путь в одиночку? Остальные воспрепятствуют тебе.

Отвечал Уолтер:

—                    Я — хозяин; остальные сделают, как я велю; к тому же не откажутся они разделить мое добро, коли дам им письмо, под­тверждающее, что не свершали они ничего из того, что могут поставить им в вину.

—                    Сынок! Сынок! — воскликнул старец. — Молю тебя, не ходи навстречу смерти!

Уолтер выслушал его молча, но как человек, который не намерен уступать, и тогда старец сдался и поведал все, что знал о медведях и их обычаях, но Уолтер едва ли внимал его словам, ибо верил он, что не придется ему иметь дело с сими дикарями, и не осмеливался вновь спросить о земле, в кото­рую ведет второй путь.

рекомендуем сервисный центр