Каталог статей.


наш север. 27

«...Проживши на Уналашке почти четыре года, я в Великий пост отправился в первый раз на ост­ров Акун к алеутам, чтобы приготовить их к гове- нию. Подъезжая к острову, я увидел, что они все стояли на берегу наряженными, как в торжест­венный праздник, и когда я вышел на берег, то они все радостно бросились ко мне и были чрез­вычайно со мною ласковы и предупредительны.

 

Я спросил их: почему они такие наряженные? Они отвечали: «Потому, что мы знали, что ты вы­ехал и сегодня должен быть у нас. На радостях мы и вышли на берег, чтобы встретить тебя». - «Кто же вам сказал, что я буду у вас сегодня, и почему вы узнали меня, что я именно отец Иоанн?» - «Наш шаман, старик Иван Смиренников, сказал нам: ждите, к вам сегодня приедет священник, он уже выехал и будет учить вас молиться Богу; и описал нам твою наружность так, как теперь ви­дим тебя». - «Могу ли я видеть этого вашего ста- рика-шамана? - Отчего же, можешь; но теперь

его здесь нет, и когда он приедет, то мы скажем ему, да он и сам без нас придёт к тебе».

Это обстоятельство хотя чрезвычайно меня и удивило, но я всё это оставил без внимания и стал готовить их к говению, предварительно объяснив им значение поста и прочее, как явил­ся ко мне этот старик-шаман и изъявил желание говеть, и ходил очень аккуратно. Я всё-таки не обращал на него особенного внимания и во вре­мя исповеди упустил даже спросить его, почему алеуты называют его шаманом. Приобщив его Святых Таин, я отпустил его...

И что же? К моему удивлению, он после прича­стия отправился к своему тоену (старшине) и вы­сказал своё неудовольствие на меня, а именно за то, что я не спросил на исповеди, почему алеуты называют его шаманом, так как ему крайне не­приятно носить такое название от своих собра­тий, и что он вовсе не шаман.

Тоен, конечно, передал мне неудовольствие старика Смиренникова, и я тотчас же послал за ним для объяснения. Когда посланные отправи­лись, то Смиренников попался им навстречу со словами: «Я знаю, что меня зовёт священник отец Иоанн, и я иду к нему». Я стал подробно расспра­шивать его о неудовольствии ко мне, о его жизни. На вопрос, грамотен ли он, он ответил, что хотя и неграмотен, но Евангелие и молитвы знает.

Затем я попросил его объяснить, откуда он зна­ет меня, что даже описал мою наружность своим собратьям, и откуда узнал, что в известный день должен явиться к вам и что буду учить вас мо­литься. Старик отвечал, что ему всё это сказали двое его товарищей.

«Кто же эти двое твоих товарищей?» - спросил я его. «Белые люди», — отвечал старик. «Где же эти твои белые люди, что они за люди и какой наруж­ности?» — спросил я его. «Они живут недалеко здесь в горах и приходят ко мне каждый день», — и старик представил мне их так, как изображают святого архангела Гавриила, т. е. в белых одеждах и перепоясанного розовою лентою через плечо.

«Когда же явились к тебе эти люди в первый раз?» — «Они явились вскоре после того, как окре­стил нас иеромонах Макарий».

После сего разговора я спросил Смиреннико- ва, могу ли я их видеть. Я «Я спрошу их», - ответил старик и ушёл от меня.