Каталог статей.


Встреча. 1

рузный Константин Гаврилович и худенькая, но крепкая Ма­.

они предоставили уютную каюту в носовой части дебаркаде­ра с видом на реку. Ее скромное убранство составляли: кровать, старая тумбочка, керосиновая лампа да несколько подшивок жур­нала «Вокруг света» и «Техника молодежи».

 

Ужинали в небольшой кухне, где стояла металлическая печка, стол, шкаф с посудой, две скамейки, табуретки и прочая кухонная утварь незаменимая в обиходе. Перед ужином я тайком передал тете Маше три бутылки «Московской» водки, выставив на стол лишь одну «Столичную». Выложил гостинцы: банки с тушенкой, сгущенкой, пачки индийского и грузинского чая, пакеты с лавро­вым листом, черным и красным перцем.

Шкипер расспрашивал меня о городских новостях, а я его — о самых уловистых рыбных местах, об охотничьих угодьях и про­чих прелестях заречного быта.

На новом месте, несмотря на усталость, я долго не мог уснуть, слышал неумолчный плеск воды за окном каюты, цвирканье сверч­ков и мышиные шорохи. Дебаркадер — судно, а какая посудина с палубой может существовать без крыс и мышей? Рыжей кошке Мурке и черному с белым бантиком на груди приблудному коту Тимофею ловить да не переловить эту неистребимую живность.

Поутру мы с Гаврилычем в сопровождении умной и старой-пре- старой с нитями седины по черной шерсти лайки по кличке Зойка отправились на ближайшее озеро Карасевое. Там у шкипера стоя­ли сети, а в густой осоке была припрятана старенькая самодельная лодка. Сгондобобренная из трех листов кровельной жести, в оби­ходе она называлась «железянкой».

Ласковое солнце уже подсушило траву, она распрямлялась на глазах, и медовые запахи луговых цветов кружили голову, а раз­номастные серые, зеленые, желтоватые кузнечики выпрыгивали
из-под ног и сердито стрекотали. Свежий ветерок с реки отгонял назойливых комаров.

Озеро с зеленоватой, а местами коричневатой водой было дли­ною метров двести с хвостиком, с островком-пигалицей посреди­не. От него к нашему берегу, к стоянке лодки, тянулись косяком семь сетей. Улов оказался скудным, в трех- и четырехперстовки2 воткнулось около двух десятков карасей.

—   Вот, мил дружок, тебе первое задание: будешь проверять и переставлять сети, — проговорил шкипер. Его морщинистое лицо тронула улыбка.

—   Гаврилыч, ты не стесняйся, загружай посильной работой. Чем могу — тем помогу, — предложил я. — Хотя, признаться, се­тями рыбачить не люблю да толком и не умею. Понимаешь, не ис­пытываю азарт, выпутывая из ряжевой ячеи снулую рыбу. Бре­день — другое дело. Там, пока его ведешь вдоль берега, работают все мышцы и нервы начинают вибрировать, подобно тугой тети­ве невода. Покрикиваешь на нерадивого напарника. Возбуждение так и накатывает, и руки то ли от усталости, то ли от вида добычи, от шустрых щук — а они норовят перепрыгнуть поверх поплав­ков или улизнуть — начинают подрагивать.