Каталог статей.


Опекунские торги. 9

Образы всех этих людей начали наслаиваться друг на друга, мешаться, путаться, и случилось своеобразное раздвоение, а вернее, рассыпание моей личности, что, как известно, в обычной жизни приводит к сумасшествию, или, как говорят ещё точнее, к помешательству.

 

   Помню, вижу такой фрагмент: Бересклет поднял руки, как будто желая усмирить зал, и сказал:

   -- Нет-нет, господа, это совершенно уникальный ребёнок! Будущая королева красоты, венец природы! Гордость человечества и вершина творения! Торгов на эту девочку не будет, она достаётся нашей прекрасной паре вот за тем столиком. Они заслужили.

   Потом какой-то провал, а после я увидел, как эту очень красивую девочку уводит тот уголовник-упырёк со шрамами на головном мозге и его длинноногая красавица. И в этот момент на Бересклета было просто невыносимо смотреть. Видели бы вы его лицо! Он просто упивался, глядючи им вслед, находился в каком-то полуобморочном экстазе. Слащавая кривая усмешка крепко въелась в его лицо, а в глазах мелькало не только лукавство, но и полыхало что-то кромешное и зловещее. Мне почему-то сразу вспомнился "Чёрный человек" С. Есенина: "Чёрный человек глядит на меня в упор. И глаза покрываются голубой блевотой..."

   Ещё, помню, случился какой-то скандал. Та сама важная дама, которой достался "гениальный" ребёнок, вернулась в зал в очень дорогой шубе, держа за руку хнычущего мальчика. Тряся драгоценностями, она накинулась на Бересклета.

   -- Вы кого нам продали?! -- истошно вопила она. -- У нас должен был гений родиться, а вы нам идиота подсунули! Вы хоть знаете, кого вы обманули?!

   -- Не волнуйтесь, мамаша, это, конечно же, недоразумение. Сейчас всё уладим.

   -- Вы видели! -- взывала она к окружающим. -- Я не позволю нарушать права потребителя! Да я вас по судам затаскаю!

   Сначала милые нянечки вежливо пытались уговорить даму уйти, но, увы, у них ничего не вышло. И тогда появились крепкие санитары психбольницы и грубо уволокли женщину за кулисы. К сожалению, дальнейшая судьба её мне неизвестна.

   Но окончательно я потерял сознание и выпал из странного шоу, когда Лиза Скосырева вывела на сцену мою дочку... В это время в зале творилось уже что-то несусветное. На какие-то секунды я стал видеть глазами Бересклета, и он просто не сводил глаз с Ксении. Чувствовалось, что он делает это специально, чтобы я видел её затравленный взгляд, её глаза, полные слёз, её дрожащее тело и всю её боль. Боль матери, на глазах которой продают её ребёнка.