Каталог статей.


Густав Менгрейм. 18

Варшава, 21 февраля 1915 г.

Дорогой Барон!

Десять дней тому назад я попрощалась с Вами с таким чувством, что ситуация стала опять серьезной...

 

...Знаете ли Вы, что мне было очень грустно после Вашего or езда, очень много вещей, о которых хотела бы сказать Вам и сщ сить у Вас во время нашей последней встречи вместо того, что отпустить так холодно и так банально на эту ужасную войну.

Я действительно очень стесняюсь Вас, и хотите ли знать почем

Потому, что Вы производите на меня впечатление человек носящего броню и не желающего раскрывать ничего из своего вн треннего и живого, — даже очень доброжелательному взору.

Было бы так хорошо познакомиться немного лучше перед тел как жизнь разлучит нас после того, как на мгновение сблизила.

Но Ваша строгая мужская линия пугает мою женскую натуру И все же мы оба жалуемся на известную ПРЯМУЮ ЛИНИЮ!

Сердитесь Вы или улыбаетесь, дорогой Барон, по поводу того, что я сейчас Вам сказала с присущей мне прямотой, которая делает меня безоружной?

Я продолжаю переписку, но умоляю Вас:

а)    Не чувствовать себя обязанным отвечать на четные номера моей корреспонденции, кроме исключительных случаев.

б)   Писать очень коротко. Вы никогда не должны писать мне более I одного листка, даже если мое письмо состоит из 10. Если бы Вы пи­сали мне пространные письма, то я сказала бы себе, может быть... что Вы любезный мужчина, но если Вы напишете мне несколько слов, я продиктованных ежедневными событиями или очередными трудно­стями, то я почувствую, что Вы — друг, что гораздо лучше. Вы ко­мандуете мужчинами, но должны уметь слушаться Женщину!

А теперь, чтобы закончить и развлечь Вас, я позволю себе по­вторить злое и не особенно приличное словечко, которое было ска­зано о Евгении П, о которой Вы меня спрашивали. Француз, кото­рый не очарован ею и встретивший ее в Париже, пишет одной своей приятельнице: «Только что приехала и жалуется на нанесенные ей в Германии оскорбления».

Я не права, что это повторяю, но Вас это насмешит.

М.Л1