Каталог статей.


Густав Менгрейм. 159

Манергейма невозможно было не уважать — но его не любили; он был воистину «свой среди чужих, чужой среди своих». Тем не менее весь период становления и развития Финляндии как самостоятельного государ­ства -— со времени провозглашения независимости в 1917-м и до се­редины 1940-х — в самые важные, поворотные, опасные моменты был связан с его именем.

Существуют десятки жизнеописаний Ман- нергейма, внешние события его жизни изучены и прокомментирова­ны в различные периоды и — в зависимости от мировоззрения био­графов — с разных точек зрения, иногда прямо противоположных. Несмотря на это, он остается личностью во многом загадочной как для современников, так и для историков. Хотя Маннергейм оставил обширные мемуары, «Воспоминания маршала Финляндии», ему уда­лось полностью скрыть свои человеческие черты за описываемыми событиями. Пожалуй, ярче всего его таинственное лицо освещено в переписке и дневниках. Знакомясь с ними, можно проследить по­степенное становление и преображение характера будущего мар­шала. Как из недоучившегося юнца, отчисленного за сомнительные поступки из Финляндского кадетского корпуса и шалопая-кавалергарда, озабоченного лишь карьерой и светскими знакомствами, он вырастает в боевого генерала российской армии, затем в главноко­мандующего — победителя в войне за независимость Финляндии, маршала, руководящего двумя войнами, и, наконец, в главу государ­ства. Из писем и дневников Маннергейма и тех, кто был с ним знаком, —- вычитывается его «человеческое»: что его интересовало, с кем и когда он общался, каковы были его симпатии и антипатии. Поэтому на страницах этой книги слово предоставлено самому Гу­ставу Маннергейму и его корреспондентам. Мы перелистаем письма, дневники и документы, найденные в печатных изданиях и в архивах Финляндии, России, США и Швейцарии, — в надежде открыть что- то новое.

Но, прежде чем заглянуть в письменный стол маршала, нам при­дется совершить небольшое путешествие в историю семьи: ведь кор­ни, наследственность, место рождения и обстановка, в которой про­шло детство, определяют не только внешность и интеллект человека, но во многом и его судьбу. Происхождение и сословные традиции сыграли не последнюю роль в становлении характера и мировоззре­ния Густава Маннергейма.

приговоренный к смертной казни за участие в заговоре против ко­роля Густава III, так называемом «Аньяльском союзе», Карл Эрик был все же помилован. Вскоре после того он женился на дочери гу­бернатора (похоже, что умение удачно жениться было фамильной чертой Маннергеймов). В 1795 году Карл Эрик приобрел поместье Лоухисаари (Вилнес) неподалеку от Турку, где через 70 с лишним лет родится его знаменитый правнук. История Лоухисаари сама по себе любопытна.

Первое упоминание о Лоухисаари встречается в документах начала XIV века. Почти четыре столетия, до 1789 года, им владел шведский аристократический род Флемингов. Главное здание усадь- быЩ- один из редких в Финляндии дворцов в стиле позднего ренес­санса — ремонтировалось и достраивалось в 1653-1658 годах, когда поместье принадлежало адмиралу, президенту камер-коллегии Гер­ману Флемингу. Одновременно в соседнем местечке Аскайнен воз­вели церковь, и от дворца к ней вела длинная, почти в три километра, березовая аллея. Трехэтажный дворец, красивейшее здание этого пе­риода в Финляндии, хорошо сохранился до наших дней, и сегодня можно полюбоваться замечательной росписью деревянного потолка парадной залы, созданной в 1661-1664 годах немецким художником Иоахимом Лангом.

Вокруг усадьбы и ее обитателей, баронов Флемингов, рождались многочисленные легенды. Согласно одной из этих легенд, последний в роду владелец Лоухисаари Герман Флеминг (1734-1789), обладав­ший мрачным, вспыльчивым и ревнивым нравом, якобы замучил до смерти жену, замуровав ее в стену одной из комнат третьего этажа. В сводчатых подвалах дворца, где обыкновенно хранились продукты и утварь, по преданию, была когда-то тюрьма, в округе рассказыва­ли о потайных лестницах и подземном ходе, проведенном из господ­ского дома до отдаленного монастыря. Как и во всяком порядочном дворце, там до сих пор обитают привидения — по крайней мере, два: жестокого Германа Флеминга, прозванного в народе «чертом», и его несчастной жены. Достоверно известно лишь, что именно этот



[1]    Анъялъский союз — договор, подписанный в 1789 г. в финском се­лении Аньяла 113 офицерами шведской армии. Они протестовали против войны с Россией, начатой королем Густавом III, и требовали прекращения войны и созыва риксдага. В 1792 г. на маскараде Густав III стал жертвой покушения. Это событие впоследствии легло в основу либретто оперы Дж. Верди «Бал-маскарад».

тические круги, в т. ч. Э. Золя на страницах газеты «Аврора».