Каталог статей.


Игры разума. 2

   Как только они пересели, и меня туда закинуло -- я стал видеть глазами Шмахеля. И вот гляжу я на Стаса, такого взволнованного и угодливого, с приклеенной улыбкой, и на его супругу, невозмутимую и мрачную...

 

   Ничего не поделаешь, опять нужно отвлечься на науку. Всё, конечно, проще пареной репы. Если в каком-то событии участвуют двое и больше людей, душа, конечно же, не станет цепляться за кого-то одного, а будет собирать информацию через те жизни, где нужные детальки можно добыть в лучшем, так сказать, ракурсе. Так что душа не только актриса, она ещё и режиссёр. Ну, как ни крути, в каждой актёрской рубашке сидит режиссёр. Тащит она, скажем, жизненную информацию через какого-нибудь человечка, а потом её осеняет: а ведь через того или другого лучше будет! Ну, возвращается назад во времени и считывает всё заново. Всё довольно просто, однако чаще действует ещё надёжнее. Она ради такого случая раздваивается, а то и вообще множится хоть даже на миллион, что позволяет ей быть в одно и то же время во многих местах сразу. Тут-то она и хватает информацию одновременно через все жизни! Лихо, не правда ли? Потом идёт монтаж, режиссура -- и вот, будьте добры, получите готовую кинохронику.

   Всё это я потом узнал. А ещё мне сказали, что это так, баловство. Есть, дескать, у души такие умопомрачительные возможности, которые я со временем сам должен понять. Вроде как человеку самому нужно до всего дойти, а то так и душу свою не осилишь...

   Такая вот закавыка: при жизни сознание совершенствуется, да ещё и после смерти приходится уму-разуму набираться.

   ...Стас сразу залебезил:

   -- Так приятно сидеть за одним столом с культурными людьми, -- заискивающим голоском говорил он. -- А я, признаться, не сразу к этому пришёл. Раньше я совершенно неправильно жил. Только недавно понял, что мясо надо есть обязательно ножом и вилкой, и никак иначе. Даже шашлык противоестественно есть с шампура, надо обязательно сложить кусочки в тарелку. А что я раньше делал -- это ужас, чудовищное бескультурье, свинство. Без содрогания и не вспомнишь. Вы не подумайте, я не против мяса, я обеими руками -- за. Но ведь мы не животные, мы люди, и мясо должны есть по-человечески.

   -- Ты что несёшь, идиот?! -- взвизгнула Катерина.

   За столом повисла гробовая тишина, но неожиданно ситуацию разрядила Альбина. Она расползлась в елейной улыбке и весело замурлыкала:

   -- Давайте за любовь выпьем! Сеня, налей всем. И себе плесни, конечно... Ты самый любимый... Я вас всех люблю!.. Выпьем же за нашу любовь! Два пальца в стол буквой "л", и пьём до дна! Давайте... все вместе... Счастье на дне не оставлять! Ни в коем случае!

   Стас густо покраснел, как широкий кроваво-мясной галстук, который свисал со складчатой шеи мясного директора. Рюмка в руке его дрожала.

   Все дружно, как по команде, выпили и закусили. И Стас преобразился. На его слащавой физиономии отразилось столько приторности и человеколюбия, что меня затошнило. И наверное, вывернуло бы, если бы сидел в своём теле. А так, всего лишь выкинуло опять в Дионисия.