Каталог статей.


1942. 3

По возвращении из этой поездки отец Петр рассказал, что митропо­лита Пантелеймона ему видеть не пришлось, так как он находится в мона­стыре на положении заключенного, поскольку чем-то прогневал немецкого генерального комиссара Белоруссии Кубе. Что всеми церковными делами заправляет архиепископ могилевский Филофей, что еще весной 1942 года митрополитом Пантелеймоном поставлен в епископы вдовый священник Стефан Севба, ранее служивший в Западной Белоруссии, а теперь назна­ченный епископом Смоленским и Брянским. Отец Петр видел его, и тот жаловался на то, что немцы не дают ему пропуска для приезда в свою епархию — в Смоленск, почему он просит меня похлопотать у немцев о разрешении ему приехать в Смоленск. Я, конечно, сразу же возбудил со­ответствующее ходатайство, но удовлетворено оно было лишь в декабре 1942 года, и 21 декабря епископ Стефан приехал в Смоленск и поселился в подготовленной для него двухкомнатной квартире на соборном дворе, в здании архива.

 рекомендуем техцентр

23 декабря я посетил его и беседовал о церковных делах в Смолен­ске. Произвел он на меня хорошее впечатление. Он рассказал мне, что до 1939 года служил в Новогрудском уезде. В 1939 году был арестован поль­скими властями по обвинению в антипольской деятельности, освобожден из заключения занявшими Новогрудок советскими войсками. Оказалось, что епископ Стефан хорошо знает Островского как бывшего директора Ви­ленской гимназии, в которой учились его дети; но знает его не как Романа Константиновича, как он рекомендовался нам, а как Ромуальда Казимиро­вича. Сам Островский вернулся из отпуска за неделю до приезда епископа Стефана. По приезде он зашел ко мне и в присутствии находившегося в тот момент в моем кабинете городского архитектора И. П. Райского стал рассказывать о партизанском движении в Польше и Белоруссии, о том, как немцев всюду бьют и они боятся показывать свой нос за пределами своих казарм. Говорил он это со злорадством и руганью по адресу немцев. По его уходе Райский заметил мне: «Как он неосторожно говорит». <...>

рекомендуем техцентр

Но еще до окончания ревизии пришедший ко мне на квартиру вечером в субботу солдат передал записку с приглашением меня утром 7 февраля в комендатуру. Принял меня там новый начальник 7-го отдела советник Кеслер. Он любезно разговаривал, расспрашивал меня о городских делах и в заключение сказал, что главнокомандующий войсками тыловой области Mitte генерал Шенкендорф приказал отозвать меня из отпуска.

8 февраля я вернулся юридически к исполнению своих обязанностей, которые фактически исполнять я и не прекращал, ежедневно бывал в Управлении и давал указания Мочульскому. Одновременно Островский, лишь в декабре 1942 года вернувшийся из отпуска, снова отбыл из Смо­ленска в отпуск, из которого больше сюда не вернулся, а через некоторое время получил назначение в Могилев, куда из Смоленска был переведен начальник 7-го отдела комендатуры Краац. Временное исполнение обязан­ностей управляющего округом было возложено на Н. Г. Никитина. Таким образом затяжной конфликт между Островским и мною, приведший к аль­тернативному требованию Островского в комендатуре: «Или я, или он», — закончился моей победой. <...>

3 марта, когда я приехал домой обедать, я застал там Н. П. и М. П. Ан­дреевых. Оказалось, что на основании моего письма начальник SD Торман распорядился освободить всех арестованных по этому делу, а дело передать для разрешения в 7-й отдел комендатуры. Там его поручили рассмотреть асессору Бесселю, а тот направил его ко мне для заключения. Я написал, что считаю достаточным ограничиться отбытым ими предварительным за­ключением. Это мнение мое и было принято комендатурой. Н. П. Андреев работал до конца оккупации у немцев в организации, занимавшейся добы­чей рыбы. Он остался в Смоленске и в 1945 года находился одновременно со мной во Внутренней тюрьме Смоленского УГБ. О дальнейшей судьбе не знаю.

14 декабря 1942 года часа в два дня зашедший ко мне зондерфюрер М. Гессе сказал, что сегодня в пять часов вечера меня просят зайти в штаб главнокомандующего войсками тыловой области Mitte к майору Шубуту. На мой вопрос о причинах этого приглашения Гессе ответил: «Не знаю».

Когда я пришел в указанный штаб, находившийся в здании электро­техникума на Запольной улице, то меня провели в комнату, где сидели два немецких офицера, хорошо говоривших по-русски. Они сказали, что майор Шубут сейчас меня примет, а пока просили ознакомиться с одним доку­ментом. Это было обращение к народам России от имени организацион­ной группы «Комитета по освобождению народов России». Подписано оно было генерал-лейтенантами Власовым и Жиленковым и генерал-майором Малышкиным. О первом из них я читал летом 1942 года в смоленской га­зете «Новый путь», где сообщалось о пленении на Волхове большой группы советских войск, попавших в окружение, во главе с командующим армией генералом Власовым, скрывавшимся в лесу. Теперь я увидел, что Власов вместе с двумя неизвестными для меня генералами формирует Комитет, долженствующий стать зародышем будущего русского правительства, и призывает народы России к прекращению борьбы с немцами и к сверже­нию советского правительства. Точного содержания этого обращения я не помню, но его антисоветская направленность несомненна.

рекомендуем техцентр

Вскоре я был приглашен в соседнюю комнату — кабинет майора Шубу- та, являвшегося начальником разведывательного управления этого штаба, а до войны бывшего военным атташе при германском посольстве в Москве. Шубут встретил меня как старого знакомого. Мы с ним до этого встреча­лись 11 апреля 1942 года у В. А. Ясинского на открытии столовой Смолен­ского районного управления. После нескольких вопросов о здоровье и т. п. Шубут спросил, согласен ли я с мыслями, содержащимися в обращении

Власова и если да, то не подпишу ли я его. Я подтвердил свое согласие и подписал обращение. На этом наш разговор окончился, и я ушел.

В конце февраля 1943 года начальник городской полиции Н. Г. Сверч­ков информировал меня о раскрытии подпольной организации и о про­изведенных в связи с этим арестах. В числе арестованных был и директор городского водопровода инженер Никулин. Этот Никулин в 1942 года на­ходился в Смоленском лагере военнопленных. Выходя на работы в город, он каким-то путем познакомился с начальником Отдела городских пред­приятий П. С. Наумовым, и тот стал просить у меня выхлопотать освобож­дение Никулина из плена. Я это сделал, хотя вовсе не видел его. Вскоре директор городской водопроводной станции Лебедев ушел от нас на работу в какую-то немецкую организацию, а директором водопроводной станции по рекомендации Наумова я назначил Никулина. Родом он был из Ростова- на-Дону.

рекомендуем техцентр