Каталог статей.


Грасс. 3

Присвоение звания почетного гражданина было принято городским советом Кёльна единогласно. Однако возникли споры относительно обосно­вания этого решения в официальной грамоте. Депутаты от христианских демократов, возражая против первоначального замысла обер-бургомистра отметить заслуги Бёлля как писате­ля, публициста и активного гражданина, настаивали на том, чтобы ограничиться исключительно его литературными дос­тижениями.

Узнав об этом, Бёлль составил телеграмму с отка­зом от почетного звания, где в частности говорилось: “Писате­ли и их творчество неделимы, как сама свобода. Почести наполовину я не могу считать таковыми, ибо в них наполови­ну кроется диффамация”. Телеграмму отсылать не пришлось. Помня о казусе 1979 года, когда Бёлль, Грасс и Зигфрид Ленц отказались от Федерального ордена за заслуги, обер-бурго- мистр уладил конфликт формулировкой, которая устроила Бёлля. Однако тот все же не преминул пояснить в ответном слове на торжественном акте свою позицию: “Чего я не понял и что, следовательно, не могло меня обидеть — это попытка от­делить так называемого рассказчика от того ‘другого’, кото­рый порой пишет статьи, рецензии, выступает с речами, не го­воря уж о том, что статьи, рецензии и речи тоже литература.

Если уж они раздражают и представляют собой опас­ность, то именно присутствием в них литературы и, я бы да­же сказал, поэзии, чем они резко отличаются от рутинно-по­литического языка. Кроме того; приглядываясь к себе, так называемому рассказчику, я, если зашла речь о раздражите­лях и опасностях, нахожу его гораздо более опасным, нежели тот‘другой’”.

В этом контексте литография Грасса похожа на барочную эмблему, где пишущая машинка и исписанные листки симво­лизируют писателя и его творчество, подсолнух олицетворяет неделимое единство и цельность многосложной писательской личности и творчества, а ножницы — опасность, которая исхо­дит от тех, кто стремится разъять, рассечь их живое единство. Впрочем, возможно, все объясняется проще: в конце восьми­десятых подсолнух стал популярным логотипом партии “Зеле­ных”, которым симпатизировали Бёлль и Грасс.

Увеличенная литография оказалась центральным экспо­натом на выставке, посвященной столетнему юбилею Генри­ха Бёлля и девяностолетию Гюнтера Грасса, которая весной 2017 года открылась в Любеке, затем перекочует в Кёльн и поедет дальше по Германии.

Предчувствие не обмануло Грасса. “Признание в любви” к не­мецкому языку и Германии не только завершило “Трилогию

памяти”, но и стало его последней большой книгой. В “Лукови­це памяти” он написал литературный портрет своей пишущей машинки, которую когда-то он получил в подарок к свадьбе со своей первой женой Анной Шварц: “...наиболее дорогим приобретением от нашего поспешного бракосочетания стала для меня портативная пишущая машинка марки ‘леттера’, выпус­каемая фирмой ‘Оливетти’; этот свадебный подарок — пусть не сразу, а постепенно — сделал меня писателем.

Практически всегда я хранил ей верность. Я не мог и не хотел расставаться с ней. Привержен ей и до сих пор. Она всегда знала обо мне больше, чем я сам желал бы знать о се­бе. Она занимает место на одной из моих конторок, ожидая меня всеми своими клавишами.