Каталог статей.


Купленная. 23.4

  • При чём тут на Ариночка? - никогда еще так резко меня не приводили в чувства. Как ушатом ледяной воды окатили в один щелчок пальцев.
  • Ах, да, действительно! При чём тут Ариночка? Она же святое! Ей уготовано призовое место в сердце нашего великого ловца убойной эйфории. Она же мать его будущих детей, её надо беречь от подобных встрясок!..
  • Что ты, несёшь? - я ожидал услышать что угодно, даже обвинения в собственноручном убийстве нерождённых от меня младенцев, но... ТАКОЕ!..
  • Ну, конечно. Самое время сделать изумлённые глазки и рассказать слёзную историю, что вас заставляют жениться против вашей воли. А всё, что вы разыгрывали на приёме - всего лишь театральный фарс для праздной публики.

Тут уж реально зависнешь так зависнешь, не зная, как вообще на такое реагировать. То ли расхохотаться до истеричного припадка,то ли...

Хотя мне тогда было далеко не до смеха, особенно когда на тебя смотрят заплаканные глазища Стрекозы, переполненные нечеловеческой болью и непосильной для столь хрупких плечиков тяжестью невыносимо жестокого мира.

Я даже не заметил, как мои ладони разжались на её предплечьях и потянулись вверх с обезумевшей жадностью обхватывая маленькую женскую головку и погружаясь пальцами в чуть растрёпанные завитки уже давно не идеальной причёски. Перед моими глазами у самого всё вдруг резко поплыло и её по-детски скривившееся от обиды и плача личико,и буквально вспыхнувшие насыщенной бирюзой самые красивые на планете глазища. Если бы я мог забрать хотя бы половину пережитой ею за последнее время и эти минуты боли...

- Господи, какая же ты ДУРА! Как ты могла в такое поверить? КАК?! Безмозглая дура! - но, похоже, я всё еще не соображал, что говорю, вернее выкрикиваю в её лицо, желая то ли придушить, то ли раздавить в своих руках, прижав к своему сердцу со всей дури. - Неужели тебе не хватило ума расспросить меня об этом самого? Боже мой!.. Я же с ума сходил все эти дни из-за твоей дурости! Я же дышать уже без тебя не могу... всю дуну мне вывернула! Думал, сдохну, если так и не увижу... ДУРА!

Похоже, мой словарный запас банально закончился. С такой разрывающей грудь изнутри болью не то что думать, даже говорить нереально. Удивительно, что я всё ещё стоял при этом на ногах. Никогда в жизни такого со мной еще не случалось . Находиться на грани между жизнью и смертью только от идиотского осознания, что эта доверчивая и совершенно безопытная в жизненных перипетиях девчонка держит моё сердце в своих маленьких пальчиках, в любой момент способных совершить роковую ошибку или глупость... Что это, как не чистейшее сумасшествие? Осознавать, что она уже не просто кто-то, а буквально часть меня самого. Что уже давно прописалась мне под кожу, в нервы и кровь, став всем, чем я сейчас дышу, мыслю и благодаря кому существую. Да какая там часть? Она уже всё! Всё, что заставляет моё пустое сердце биться и бороться за каждый свой последующий удар. Всё, чего у меня никогда раньше не было, а теперь переполняет до краёв, связывая с этой жизнью крепкими узлами и сумасшедшей жаждой противостоять всему и вся, что пытается отобрать тебя у меня. Сражаться за мою девочку буквально на смерть,только за право быть у неё единственным и быть только с ней. Рядом. Всегда. До самого последнего вздоха.

  • Неужели ты неспособна отличить то, что тебе говорят от того, что чувствуешь сама? Что и как я должен ещё сделать, чтобы ты это поняла? - кажется, из моих глаз уже у самого текло в три ручья, а голос срывался от хриплых спазмов удушающего рыдания. Наверное, было проще свихнуться, чем выдержать такое. Позволить своим запредельным страхам взять верх над жалким разумом и немощной сущностью. - Я же просто сдохну без тебя! Господи, неужели ты этого не видишь и не чувствуешь? Я же, люблю тебя! ЛЮБЛЮ!..

Наверное, это стало куда большим открытием именно для меня, кто до сих не имел никакого представления, что же это такое на самом деле и каких пределов собственные к кому-то чувства могут однажды достичь. А может и не достичь, а всего лишь слегка обозначить свои первые границы. Но трясло меня от данного просветления, как смертника на электрическом стуле. Возможно, и чувствовал то же самое, если бы не держал тебя в своих руках и не держался за бредовую мысль, что скорее убью любого, кто посмеет или попробует отобрать тебя у меня. И собственного отца в первую очередь.

  • Не смей! Слышишь?! Больше никогда не смей во мне сомневаться и тем более верить этому старому хрычу! -

наконец-то я смог это сделать, прижать тебя к своему сердцу, ревностно обхватив руками, как единственную в этой жизни редчайшую ценность - мою драгоценную девочку. Зарыться пальцам и губами в её мягчайший шёлк волос, наполняя лёгкие её умопомрачительным ароматом, самым исключительным и неповторимым, от которого у меня так резко мутнело в голове, шумело и которым одурманивало похлеще любого сверхубойного наркотика.

У меня просто в мозгах не укладывалось, как ты могла поверить в эти бредни про Шевцову? При чём буквально с ходу!

  • Ты же ей так там... улыбался... и пошёл сразу к ней... - твой жалобный, моментально стихший голосочек со звонкими нотками инфантильной обиды задел вместе с горячим дыханием (а может и слезами) мою кожу сквозь ткань пиджака и рубашки обжигающим оттиском, коснувшегося более сладкой отдачей прямо по сердцу. Я сам чуть было не застонал в голос, не зная, как на такое реагировать - то ли плакать, то ли истерично хохотать.
  • Господи, да я её не перевариваю с первых дней нашего с ней знакомства. Я бы и не торчал с ней весь вечер рядом, если бы отец не приказал не отходить от неё ни на шаг. А лыбился, потому что она битый час рассказывала мне старые анекдоты, вычитанные ею в интернете, пока она полдня до приёма сидела в салоне красоты. Единственное, что еще можно было терпеть из её уст, не желая при этом сигануть с крыши. Хотя больше половины шуток она жутко переврала.
  • Так вы что... даже не...

Меня всё-таки затрясло от бесконтрольного смеха и дичайшего желания задушить эту наивную дурочку в ещё больше задрожавших от резкого послабления руках. Казалось, с моих плеч только что схлынула тяжесть всего мира, и не упал я на подкосившихся ногах только благодаря Алине.

  • Боже, нет конечно! Ты что,издеваешься? Я и Арника?.. Да

меня каждый раз от таких мыслей нереально корежит и передёргивает, как не знаю кого. Ещё предложи мне поцеловать лягушку. Хотя, я скорее лягушку поцелую, чем её.

  • Сам ты дурак! - вот тебе и здрасьте. Что называется приехали. Она ещё и уткнулась, как маленькая девочка, лбом и чуть ли не всем лицом в мою грудь, пробурчав прямо мне в рубашку приглушённым голосочком. А потом ещё и ударила кулачком по предплечью, шумно всхлипнув и еще крепче в меня вцепившись. - Не мог раньше рассказать, что тебя пытаются с ней свести?..
  • А что про неё рассказывать? Она мне никто и никогда ничем меня не интересовала. Откуда я мог знать, что отцу взбредёт в голову такое учудить? И как ты вообще могла ему поверить? Это ему с матерью хочется меня на ней женить, что они и пытаются провернуть уже более пяти лет, с завидным упрямством подсовывая мне эту лицемерную куклу везде, где только можно и неможно.
  • Так ты точно... не собираешься на ней жениться? Это всё было ложью?

Я заставил её поднять голову и снова взглянуть мне в лицо, чуть было не задохнувшись от вида чуть припухших черт и губок моей заплаканной девочки,такой другой и не похожей на себя прежнюю... Такой уязвимой и беспомощной, не способной выдержать ни чужого предательства, ни столь откровенного насилия над её верой в людей. Сколько же ей ещё только предстоит сделать в своей жизни куда более ужасающих открытий. И как мне до одури хотелось защитить её от всего этого. Спрятать от мира, от людей и в первую очередь от отца, не побрезговавшего всадить ей в спину один из своих отравленных ножичков. Убийца останется убийцей до конца своих дней и не изменит своим приобретённым инстинктам ни на йоту, какими бы благородными мотивами он не был преисполнен изначально.

  • За всю свою прожитую до этого жизнь я впервые всерьёз задумался о женитьбе только после того, как встретил тебя. Даже когда меня ломало и рвало на части, когда я узнал, что ты работаешь в эскорт-агентстве и мой отец купил тебя для себя. Для меня это было чистейшим безумием, но я действительно позволил своим мыслям коснуться этой темы, какой бы болезненной она тогда для меня не выглядела. Меня в жизни так не бомбило и не выворачивало на изнанку. Я и сейчас готов вцепиться зубами в глотку отцу только за то, что он к тебе прикасался... Пожалуйста... Не позволяй ему больше этого делать. - мой голос снова надломился от пережавшей горло асфиксии. - Я постараюсь его найти или завтра,или в понедельник на работе, чтобы серьёзно обо всём поговорить. Но только не подпускай его к себе до этого. Иначе я точно не выдержу...